– Чем тебя привлек проект Нарвской арт-резиденции?

– Я давно знаю Лауру – куратора проекта. Мы с ней много работали, и как-то раз она прислала мне предложение уже с названием выставки – «Портрет эмоций». Первая моя реакция была: «Нет! Нет! Господи, Золотко и портрет эмоций?!» Дело в том, что я всегда стараюсь дистанцироваться от эмоциональной содержащей своей работы. Поэтому они такие прохладные. Эмоции – это какая-то экспрессия, и они для меня в каком-то смысле под запретом. Эмоции – это что-то личное, в сущности, касающееся только меня. И я стараюсь избегать их проявления. Мне важно, чтобы я не “торчал” в своей работе. А если мы говорим об эмоциях, то это в какой-то форме автопортрет. Но, видимо, есть у меня такое качество характера, когда не хочется, все звучит очень плохо, я так не делаю – значит надо. В конце концов, после долгой работы я уже понял, куда Лаура метит со всей выставкой. Вот она, кстати…

– Лаурочка!
– Noh teete tööd jälle? Keelatud!
– Подожди немного, скоро пойдем танцевать. Varsti läheme tantsima.
– Jaah, vot! Seda saab.

… Так я и согласился, потому что я Лауру очень люблю. Это замечательный, потрясающий и светлый человек – просто солнышко!

– Солнце – это я!
– Да, солнце – это ты.
– Ха-ха-ха.

… И я просто ей доверился.

– В каком порядке вырисовывалась концепция экспозиции?

– Сначала появилась газета. Дело в том, что когда-то я работал истопником, то есть кочегаром, и мне приносили на сжигание разную макулатуру. Конечно, я пролистывал газеты перед тем, как сжечь и так нашел эту страничку. Я чуть не упал со стула, прочитав эти объявления. Они оказались настолько трогательными. Мужчина пишет, что приходит в дом и никого в нем нет, ему не хочется туда даже входить, а причина его одиночества – рост 143 см. “Может быть, в нашей необъятной родине есть девушка маленького роста”, – пишет он. И там же мы видим объявление женщины, у которой полгода тому назад умер муж. У нее пять детей, хозяйство где-то в глубинке, черт его знает, в Оренбургской области. И здесь речь уже идет не о том, чтобы найти любовь всей своей жизни. При этом о себе она пишет: “Люди говорят, симпатичная”. Вот так она себя описывает. А начинает с того, что шансов у нее, по всей видимости, ближе к нулю. Вот так ты начинаешь объявление – с рефлексии.

И именно в этих объявлениях берет начало трагикомичность всей экспозиции. Смешно, что Мунир из Казахстана так глубоко и проникновенно пишет о своем одиночестве, но он озабочен своим ростом. А с другой стороны женщина, которая просто рвется на части. Кто угодно, просто, чтобы было плечо какое-то, помощь. Просто спутник, не любовник, не муж, а спутник.

Этот листок долго был у меня в архиве, я и не знал, что с ним делать. Понятно, что находка хорошая, но формы для нее я не находил. Всегда думал, что это будет моя лучшая работа или последняя. Но по всей видимости, еще не последняя.