Под такую закуску немудрено, что Кузовкин расслабляется и начинает пространно, с отступлениями, рассказывать о своей тяжбе с родственниками и другими претендентами на сельцо Ветрово. Иванов дергает периодически Кузовкина за полу пиджака, мол, угомонись. А остальные, знай себе, подливают старику, мели, Емеля – твоя неделя.

Вслед за водочкой еще и шампанское пошло. Всем, кроме дедов, весело. Кузовкин, сам того не понимая, играет роль шута. Тропачев подначивает “нахлебника” еще и спеть, после чего даже угрожает. Иванов сжимает в руке нож. Что-то сейчас да и произойдет! На голове его колпак, но околпачен будет враг? Не скажу, смотрите спектакль, на крайний случай, читайте пьесу.

И разворачиваются события, которые существенно изменят жизнь главного героя. А там еще немного и антракт. Его вы не пропустите, о нем для не самых понятливых напомнит Карпачов.

Первое действие очень динамичное, антракт даже как-то внезапно наступает. После перерыва на контрасте медленное вхождение во второе действие. Тягостный разговор Ольги с Елецким, лирика, слезы и надрыв в сцене объяснения между Ольгой и Кузовкиным. Динамику и громкость возвращают приехавший балабол Тропачев и его верный Санчо Панса Карпачов (да, он напомнит и о конце спектакля, но пока рано).

Дальше Елецкий делает предложение, от которого гордый Кузовкин вынужден отказаться. После чего следует более хитроумное предложение Ольги, которое “нахлебнику” невозможно не принять. Тропачева и Карпачова новые обстоятельства нисколечко не смущают, они спешат выпить по поводу изменившегося статуса Кузовкина и восхититься благородством Елецкого.