//

Интервью | Каролина Ромаре о главном вопросе “Кабаре”: “А как поступил бы ты?”

В Национальной опере “Эстония” состоялась премьера легендарного мюзикла Джона Кандера “Кабаре”, который освещает декадентскую Германию на пороге Второй мировой войны и жизнь обычных людей. Над постановкой работала шведская команда, и художник Каролина Ромаре рассказала Wonderuum, как черпала вдохновение в картинах Отто Дикса и Жанны Маммен, о зарождении панка, особенностях ночной жизни Берлина того времени и о сложных решениях, которые были вынуждены принимать Салли, Клиффорд и фройляйн Шнайдер.

Первое кабаре в Берлине было открыто в 1901 году во время правления кайзера Вильгельма II, и деятельность там строго регламентировалась. В 1901-1914 гг. кабаре открывались как в Берлине, так и в Мюнхене, на одних были народные развлечения, а на других литературные вечера и художественный авангард. В Берлине 1920-х годов известность получили два типа кабаре. Литературные кабаре представляли собой небольшие клубы, похожие на мюзик-холлы, в программе которых преобладали литературные дебюты. Вторые были одновременно ресторанами и ночными клубами, где гости сидели за столиками и смотрели представления певцов, танцоров и комиков. В основном их выступления носили политико-сатирический характер и напоминали нынешние стендап шоу.

Вымышленный клуб “КитКат” в мюзикле Кандера больше всего похож на кабаре “Рези” (Residenz-Casino), один из самых популярных ночных клубов Берлина. По размерам и роскошности интерьеров “Рези” в несколько раз превосходил кабаре из мюзикла (в “Рези” располагались танцплощадка на тысячу человек, карусель, фонтан с цветной водой и зеркальные потолки), но было у них и что-то общее — на столах клиентов были телефоны, с помощью которых они могли звонить друг другу и приглашать на танец. Вдохновленный бурлеском 1930‑х годов KitKatClub был открыт в Берлине в 1994 году австрийским режиссером Симоном Тауром.

Мюзикл “Кабаре” основан на пьесе Джона Ван Друтена “Я – камера” (1951), которая, в свою очередь, создана по мотивам полуавтобиографического романа Кристофера Ишервуда “Прощай, Берлин” (1945). В настоящее время “Кабаре” входит в пятерку величайших мюзиклов в истории Голливуда.

Если говорить о костюмах, то какие элементы исторически достоверны, а что преувеличено?

– “Кабаре” ставили так много раз – есть и фильм, и постановки, но я намеренно опустила шоры на глаза, чтобы не ориентироваться на все эти работы. Я решила глубоко копнуть в историю искусства и изучила много произведений того времени. При этом меня интересовал именно Берлин той эпохи, а не просто разные шоу кабаре в целом. Мне не хотелось изучать то, что происходило в Париже, Лондоне или на бродвейских шоу Нью-Йорка. 

Мне очень повезло, потому что в Копенгагене в музее современного искусства “Луизиана” проходила большая выставка “The Cold Gaze – Germany in the 1920s”, которую мне удалось посетить. Конечно, я и до этого знала много художников того времени, например экспрессиониста Отто Дикса, но я нашла и новое для себя имя – Жанну Маммен, художницу, которая жила среди этих людей и в ту эпоху. Она также занималась фотографией и подробно запечатлела на своих снимках этот период. И если говорить о фотографии, то для нас все, что было 100 лет назад, черно-белое или может быть немного цвета сепия, но если обратиться к визуальному искусству, то там много цветов, они повсюду. Жанна Маммен сама бывала в этих клубах, делала наброски, и чувствуется, что она непосредственно там находилась. Это и есть мой главный источник вдохновения. 

Жанна Маммен "Канравал I", 1931 г.
Жанна Маммен "Автопортрет", 1928 г.
Жанна Маммен "Бал-маскарад", 1931 г.

При этом в постановке цвета приглушенные, их много, но они не яркие…

– Это было время свободы, Вторая мировая война ещё не началась. Но люди, конечно же, ощущали, что что-то происходит в политическом плане и во всю бушевал экономический кризис. И для меня было очень важно использовать цвета и показать каждого в клубе как личность. Ведь это место, где каждый мог показать свою индивидуальность. Мы купили много вещей в секонд-хендах. Я была на складе театра, вырезала и реконструировала, использовала старые вещи – это тоже был способ создавать костюмы. 

Если почитать книги того времени, то можно увидеть, что эпоха панка пришла уже тогда. Можно почитать о молодых девушках в берлинских клубах в странной одежде, которые обрезали свои юбки, скрепляли их булавками, рисовали себе черные круги на глазах. Как сказала Салли, у нее был странный цвет ногтей. Для тех времен часто характерно ощущение протеста, которое выражается в одежде. В книге Криcтофера Ишервуда мужчина одет в русскую народную рубаху и немецкие кожаные чулки. Таких удивительных комбинаций действительно хватало.

В постановке мужчины на каблуках, это действительно было так?

– В то время было очень много переодевания или кроссдрессинга. Это можно увидеть на фотографиях. Поэтому мы активно использовали это в костюмах гостей. Это весело, и это также немного и о танцах, хореографии и персонаже. И самый сложный персонаж – это, конечно, Салли Боулз. Мы видели ее так много раз. Но я сразу решила для себя, что не буду использовать кружева, красный шелк, перья. Хотелось создать ощущение, что этот клуб находится где-то в берлинском подвале, где все немного разваливается, а люди пытаются веселиться, выражая себя через свои образы.

– Есть ли какие-то прямые отсылки к другим образам, которые были воссозданы для этой постановки?

– Меня спрашивают, выглядит ли эта постановка, как бродвейская, но нет. По моему контракту все в этой постановке должно быть уникальным – каждый костюм, декорации и макияж. 

– А если не брать мюзикл, были ли перенесены образы из каких-то других произведений?

– Из моих работ?

И ваших, в том числе.

– Не без этого, ведь я работаю уже 40 лет. Но при работе с самыми разными жанрами – оперой, мюзиклами, драмой – для меня очень важно абстрагироваться, углубиться в чтение сценария, беседовать с режиссером, хореографом, со всеми, кто создает постановку, и начать создавать образы именно с этой точки. Не искать идеи заранее. Меня может что-то очень быстро зацепить, и каждый образ получается уникальным. Конечно, кто-то может угадать, что это сделала Каролина, ведь у меня есть определенный почерк, но я действительно старалась отойти от прежнего опыта.

Мы работали с укороченной версией “Кабаре”. Само произведение достаточно длинное, но многие диалоги в нашей постановке были сохранены. Еще на самом первом собрании, где, конечно, была и режиссер, чьи идеи, безусловно, тоже очень важны, я сказала всем, что да, это мюзикл, но помните, что это также и драма, поэтому очень важна работа актеров, важно дать пространство драматической части. Ведь очень просто показать клуб “КитКат” и разговоры, перемежающиеся с шоу-номерами. Но ведь это произведение просто фантастически написано – диалог комментирует текст песни или наоборот. Например, когда Клиффорд и Салли говорят о том, что должны принять решение, то неспроста их беседа переходит в песню “Деньги, деньги…” Важно было сделать так, чтобы публика действительно слушала то, о чем они говорят.

– Выходит, ваша работа плотно переплетена с работой всей команды.

– Да, я провожу исследование, создаю свою модель, наброски. Всё это было сделано уже более года назад. Дальше начинается работа с актерами. Например, самым сложным был образ для Салли, и мы вплоть до генерального прогона продолжали вносить изменения. Вдруг приходит решение, что мы не можем использовать эти туфли, а вместо этого надо найти сапоги и так далее.

– Но, наверно, вы никогда не будете полностью довольны результатом? Всегда найдется то, что можно улучшить.

– Безусловно. Но что касается костюмов, здесь меня всё устраивает – они соответствуют своим персонажам. Я терпеть не могу, когда актер носит костюм и не живет в нем. Это очень важно. В данном случае люди действительно носили такую одежду. Это не так, что у всех были обычные наряды, а мы все сильно утрировали. Некоторые персонажи на самом деле напрямую перенесены с картин Жанны Маммен и Отто Дикса, и посмотрите на фотографии тех времен, образы могли быть абсолютно сумасшедшими. Меня вдохновило также и то время, когда было написано само произведение – середина-конец 60-х, а также ранние 70-е, когда вышел фильм. Потому что в этой эпохе есть что-то, что пересекается с духом 20-х и 30-х. Отчасти это перекликается и с сегодняшним днем.

Отто Дикс "Метрополис", 1927-1928 гг.

Все также находятся в состоянии ожидания чего-то?

– Да. Несмотря на то, что сейчас многие постановки делаются экстремально политическими, АннаКарин (режиссер АннаКарин Хардвалл – прим.ред) в своем варианте “Кабаре” сосредоточилась на отношениях и решениях, которые должны принять герои. Принять решение или не принять, и какие у этого последствия. Во втором акте есть фантастическая песня в исполнении фройляйн Шнайдер – “А как бы поступил ты?”. И это действительно интересные вопросы – А что бы сделал ты? Как мне стоит поступить? Сделать то, что возможно приведет к смерти или нет?

А как ваш жизненный и профессиональный опыт в целом повлиял на результат?

– Я читаю, слушаю музыку. И когда наблюдаю за происходящим на сцене, то меня могут тронуть и зацепить какие-то мелочи. Требуется время и опыт, чтобы начать это замечать. 

– А есть что-то, чему вас научил этот проект?

– Это опыт работы в больших учреждениях. Да, Эстония не такая большая, но все же это большая опера. И что я действительно поняла, так это насколько важно быть командой. Я думаю, это было очень разумное и смелое решение – взять команду из Швеции. Мы знаем друг друга, мы работали вместе раньше, и это дает возможность выйти немного на другой уровень. В противном случае можно чувствовать себя достаточно одиноко, творить было бы намного сложнее. Ведь у нас были встречи в течение полутора лет. Мы начали работу в сентябре. 

– И как вы себя чувствуете сейчас, когда этот долгосрочный проект завершен?

– Все хорошо, но, как обычно, за неделю до премьеры был кризис. Но это нормально, ведь создавать постановку непросто. Мне надо видеть все сразу – в костюме более тысячи деталей. Затем я смотрю, как они выглядят на общем фоне, правильная ли помада подобрана, подходят ли декорации и реквизит – очень много всего. Но работать было здорово. Например, в костюмерном цехе я чувствую себя как дома, мне очень комфортно сотрудничать с ними. И все эти замены. Например, подтяжки. Они были разных цветов и более совершенные. Но потом я поняла, что они должны быть белыми. 

– И пришлось их заменить за день?

– Да, утром перед генеральной репетицией была готова первая половина, а потом и остальные доделали.

Премьера мюзикла “Кабаре” в Эстонии прошла 9 февраля 2024 года.

Режиссер – АннаКарин Хардвалл (Швеция), художник – Каролина Ромаре (Швеция), художник по свету – Петер Стокхаус (Швеция), хореограф – Адриенна Обьёрн (Швеция), музыкальный руководитель – Каспар Мянд, ведущий спектакль режиссёр – Хельги Салло.

В ролях: Прийт Выйгемаст, Каарел Тарго, Ханна-Лийна Выза, Пирет Крумм, Калле Сепп, Юули Лилль, Катрин Карисма, Ясси Захаров, Март Лаур, Карис Трасс, Кадри Нирги, Март Мадисте, Яак Йыэкаллас.

Также участвуют хор и оркестр Национальной оперы, танцоры как Национального балета, так и не входящие в труппу.

Дополнительная информация

opera.ee

Текст: Дина Малова

Фото: Сийм Вахур

Сделайте свой вклад в развитие проекта:

Последние публикации

Tallinn Music Week | Анкета: Duo Ruut

Исполняющий традиционную музыку дуэт Duo Ruut – это две хорошие подруги с разным музыкальным бэкграундом и

Tallinn Music Week | Анкета: HUNT

В рубрике “Анкета” мы будем знакомиться с разными представителями эстонского искусства, а начнем серию публикаций с